Инга подумала еще секунду, а потом как-то зло усмехнулась и молча направилась к телефону.

- Да, папа... - сказала она, почти вырвав у Игоря трубку.

- Как ты себя чувствуешь? - не поздоровавшись, спросил Роман Аркадьевич.

- Нормально, - солгала Инга. Хотя, с другой стороны, услышав сейчас голос отца, она как будто бы действительно стала чувствовать себя лучше. Появившаяся возможность пообщаться с близким человеком не только обещала некоторое облегчение, но даже сама по себе была облегчением.

Однако отец не дал ей выговориться. Он взял просто-таки с места в карьер:

- Уходи от своего мужа!

- Что? - не поняла Инга и рассеянно опустилась на стул.

- Я говорю: уходи от своего мужа и приезжай ко мне.

Инга опешила. Отец всегда был настроен против Игоря, но чтобы так... Она посмотрела на мужа. Тот сидел боком к ней, наклонив голову и бессильно опустив руки на колени.

- Папа, я как-то не вполне тебя... - растерялась Инга. - Прямо сейчас, что ли?

- Прямо сейчас! - Голос Романа Аркадьевича звучал властно, и любые возражения могли, казалось, только усилить эту властность, но никак не поколебать ее.

- Гм-м... - протянула Инга, не зная, что ответить.

В этот момент Игорь полуобернулся на своей табуретке и посмотрел прямо в глаза жене.

"Он что, слышал?" - обожгло ее.

- Ну так как? - нетерпеливо спросил отец.

- Я... я не знаю... - тихо проговорила Инга.

На другом конце послышалось сопение. Отец всегда сопит, когда достает из кармана свои любимые серебряные часы на цепочке. Качественный микрофон его дорогого телефона уловил и передал по проводу в не менее дорогой телефон Инги щелчок их открывшейся крышки.

- Я опаздываю на совещание... - сказал отец. - Буду поздно. Но ты все равно приезжай!

- Но я не...

Договорить она не успела - послышались короткие гудки. Инга еще некоторое время повертела трубку в руках и наконец повесила ее на место. Затем задумчиво потерла переносицу и покосилась на Игоря. Тот все так же, не отрываясь, смотрел на нее.